Легендарные вратари «Зенита»

07 апреля 2020, 20:51
00:00 / 00:00

«Соккер.ру» рассказывает об истории чемпиона России в несколько необычном ракурсе.

Раз уж мы начали вспоминать всех самых-самых, то я внесу свою лепту. А именно вспомню тех, кто играл в воротах наших клубов. Никаких рейтингов, это было б некорректно сравнивать футболистов из разных эпох. Поэтому только хронологический порядок. Возьмём вратарей времён чемпионатов СССР и России. Хотя возможны и исключения. Ведь и в дочемпионатные времена были достойные стражи ворот. 

Георгий Шорец

Начну с «Зенита», раз уж он чемпион. И первым в списке будет Георгий Шорец, который с 1931-го по 1938-й защищал ворота «Сталинца». Именно так назывался «Зенит» до 1938 года. В Ленинграде был другой клуб под названием «Зенит», расформированный в 1938-м. Название освободилось, а в сороковом году «Сталинец» сменил название на то, под которым существует до сих пор.

Надо сказать, что бывший рабочий текстильной фабрики имени Степана Халтурина прославился, когда ещё не было чемпионатов СССР и защищал ворота советской сборной в тридцатые годы. И по праву считался сильнейшим ленинградским вратарём тех лет. Но в 1938-м Шорец перенёс тяжёлую болезнь, после которой заново учился ходить. Воевал, защищал ставший родным Ленинград. После Великой Отечественной войны уже возрастной Шорец возобновил карьеру в «Динамо». Закончив играть, Георгий Васильевич работал следователем.

Борис Грищенко

Борис Павлович пришел в футбол относительно поздно – в 22 года. Учился в институте физкультуры имени Лесгафта. Студенческая команда, ворота которой защищал Борис, удачно выступила в первенстве города, поэтому на ее игроков сразу обратили внимание «Сталинец» и «Зенит» (то что с завода «Большевик»). Обоим коллективам в тридцать восьмом предстояло дебютировать в группе А, стало быть, нужно было укреплять ряды.  Сразу пятеро студентов инфизкульта, в том числе и Борис Грищенко, присоединились к «Сталинцу».

Сезон-38 неудачно складывался и для ленинградцев, и для их вратарей. Аркадий Ларионов допустил ряд ошибок, выздоровевший Шорец лишь отдаленно напоминал себя прежнего. И вот в матче с тбилисским «Локомотивом» ворота были доверены 24-летнему Борису Грищенко. Новичок отыграл очень удачно и помог «Сталинцу» выиграть со счетом 2:1. Грищенко же стал основным голкипером будущего «Зенита» в первом для него сезоне в группе сильнейших.

Борис Павлович стал своего рода посредником между двумя великими зенитовскими вратарями – Георгием Шорецом и Леонидом Ивановым. Он принял эстафету у первого и был основным, пока Иванов не оперился и не стал крепко на ноги. А в послевоенные годы фронтовик Грищенко добровольно взвалил на себя не самую благодарную ношу второго вратаря «Зенита» и оставался им до конца сороковых. Лишь в пятидесятом Борис Павлович перешел в ленинградское «Динамо» и защищал его ворота едва ли не до первого расформирования «бело-голубых».

Главное достижение Бориса Грищенко в «Сталинце» — это выход в финал Кубка СССР в 1939 году. Ленинградцы выбили из розыгрыша сталинградский «Трактор», днепропетровскую «Сталь» и краматорский «Авангард», динамовские коллективы Сталинобада (ныне Душанбе) и Ташкента. Во всех этих встречах Грищенко пропустил только два мяча – в самом первом матче с «Трактором». В остальных играх голкипер ленинградцев сохранял свои ворота в неприкосновенности, выручив «Сталинец» во множестве непростых ситуаций.

В финале, проходившем на московском стадионе «Динамо», со счетом 3:1 победил московский «Спартак». Приходилось сталкиваться с самыми разными оценками игры Бориса Грищенко в той встрече - диапазон от героя матча  до виновника второго мяча, ставшего решающим.  Что же было на самом деле. Матч проходил в сложных условиях. Дождь изрядно размочил поле газона арены в Петровском парке, мяч часто застревал в лужах и просто катился. Одна из луж и подвела Бориса Павловича. В хорошую погоду ленинградский вратарь наверняка бы справился с сильным ударом низом, что нанес спартаковец Виктор Семёнов. Но мяч затормозил в луже и предательски остановился в полутора метрах от рук голкипера. В возникшей сутолоке самым расторопным оказался Семенов, который и вывел «Спартак» вперёд. Так виноват ли Грищенко в этом пропущенном мяче?

В сороковом году «Сталинец» стал «Зенитом», а Леонид Иванов на долгие годы обосновался в воротах ленинградского клуба. Грищенко же согласился с ролью дублера. Играл Борис Павлович реже своего напарника, но всегда был готов прийти тому на выручку, если Иванов был нездоров. В сорок восьмом году зенитовские вратари провели равное количество встреч, причем Грищенко пропустил меньше своего младшего коллеги – соответственно 20 и 27 мячей в 13 встречах.

Леонид Иванов

Знаменитый дядя Лёша, как он любил представляться. Легенда ленинградского да и всего советского футбола. Один из ярчайших вратарей в нашей истории. Патриот своего клуба, не променявший свой скромный в ту пору «Зенит» на тогдашние суперклубы. Человек, который сделал колоссальный подарок Ленинграду, недавно сбросившему кольцо блокады, выиграв Кубок СССР. Конечно, тот Кубок выиграл не один Леонид Иванов, но достался бы трофей «Зениту», если б не фантастическая игра вратаря в единственном военном финале. 

Тот Кубок остался единственным трофеем в спортивной биографии Леонида Григорьевича. Их могло быть и больше, если б Иванов согласился на переход (а предложений у него было очень много). Но другой вопрос — а был бы тогда «Зенит»? Ведь ленинградский клуб после войны занимал высокие места и трепал нервы лидерам во многом благодаря  игре своего голкипера. Не факт, что ленинградцы сохранили бы прописку в классе А, если б в их воротах не было Леонида Григорьевича. А вылети тогда «Зенит», и клуб мог вполне разделить судьбу несчастного ленинградского «Динамо». Так что своим статусом главного клуба северной столицы «Зенит» обязан своему вратарю, отдавшему команде 17 лет.

Иванов играл не только надёжно, но и ярко. Леонид Григорьевич был очень прыгуч и пластичен. Мог вытащить мяч, летевший в самую паутинку. Мог вскочить из положения лежа и отразить повторный, казалось бы, верный удар. Впрочем, это случалось с ним нечасто. Иванов предпочитал ловить мяч намертво или отбивать его подальше. Но на тренировках он специально просил партнеров бить в упор и добивать, чтобы в игре быть готовым и к такому повороту событий.

Леонид Иванов был левшой, и удары в правый угол доставляли ему больше сложностей, нежели в «свой» левый.  Но упорные тренировки привели к тому, что мячи, летевшие в правый угол, Леонид ловил также непринужденно и красиво. Леворукость же вратаря была заметна разве что при вводе мяча в игру рукой. Кстати, Леонид Григорьевич наряду с Анатолием Акимовым активно применял этот прием уже в сороковые годы.

Несколько грузный, флегматичный в обыденной жизни Иванов преображался в воротах, превращался в энергичного воина, не знавшего покоя все девяносто минут. Он  не щадил ни соперников, ни партнеров, ни в первую очередь самого себя. Пресса порою выражала недовольство поведением Иванова в воротах, дескать, нервничает, кричит на партнеров. Но никто из зенитовцев той поры претензий Леониду Григорьевичу не высказывал.

В те годы было распространено мнение, что Иванов хорошо играет, пока не пропустит. Верно, но лишь отчасти. Да, Леонид Иванов пропускал много. Нередко в его воротах оказывалось по четыре, пять, а то и больше мячей. Московские динамовцы в сорок девятом забили аж восемь. Но судить об игре Леонида Григорьевича на основании голых цифр – вводить себя в заблуждение. Не забывайте, сколько нападающих тогда играло и сколько защитников, о большой разнице в классе между ЦДКА, «Динамо» и середняками, к числу которых принадлежал «Зенит», о  том, что оборона ленинградцев была далека от идеала и т.д.  И еще. Тот самый первый гол Иванову еще нужно было забить. И частенько даже такие мощные линии атаки, как армейская, оказывались бессильны против игры вратаря «Зенита».  Например, в 1950 году ЦДКА нанес по воротам Иванова более двух десятков ударов. Этого бы с лихвой хватило на несколько побед. А итоговый счет 0:0. Все что летело, катилось, ползло, прыгало в ворота «Зенита» неизменно встречало на своем пути широкоплечую фигуру в серо-буро-малиновом свитере. После той игры весь стадион «Динамо» (думаю, и так ясно за кого болели почти все зрители) громко скандировал фамилию вратаря соперника, а форвард ЦДКА Владимир Дёмин занес в зенитовскую раздевалку огромный букет алых роз. «Это тебе, Лёня, за твою игру», — с этими словами Дёмин вручил цветы Иванову.

И ещё немножко о статистике. Не поленитесь поискать отчеты об играх, где Иванов пропускал много мячей. Найдете ли вы там упоминания о каких-либо грубых ошибок вратаря? Найдете, но немного. А бывало, что Леонид Григорьевич становился и лучшим в рядах своей команды, несмотря на большое количество мячей, побывавших в его воротах. Как, например, в знаменитой игре с югославами на Олимпиаде в Хельсинки. Тогда в воротах сборной СССР побывало пять мячей, но Иванов не заслужил ни единого упрека.  В концовке встречи он парировал два тяжелейших удара Бобека, чем помог сохранить ничейный счет и получить право на переигровку.

И еще немного о статистике. Прежде чем пропустить те злополучные восемь мячей от «Динамо»12 июня 1949 года, Леонид Иванов сохранял свои ворота в неприкосновенности 732 минуты, что до сих пор является клубным рекордом.  И не будем забывать, что в двенадцати турах, предшествовавших разгрому, «Зенит» пропустил лишь один мяч, да и тот с пенальти.

Несколькими абзацами ранее я образно назвал свитер Леонида Иванова серо-буро-малиновым. На самом же деле свитер зенитовского вратаря изначально был зелёным, но с годами выцвел, полинял и приобрел грязно серый цвет. Кстати, мальчишки в ленинградских дворах, когда играли в футбол, то старались нарядиться в такой же свитер, как у Иванова и надеть такую же кепку. Кепка, свитер, неизменная бутылка с водой за воротами, особый порядок выхода на поле – все это составляло список ритуалов, которых придерживался голкипер. Всю карьеру Леонид Иванов провёл в одном свитере, который он старался не стирать после успешных игр – «чтобы не смыть удачу».

Когда свитер Иванова был зеленым, а самому Леониду еще не было восемнадцати, юный вратарь появился в воротах «Сталинца». Ленинградцы играли в Москве со «Спартаком». «Красно-белые» забили юному голкиперу четыре безответных мяча, матч с москвичами стал трамплином в карьере Леонида. Борис Грищенко пропустил начало сезона из-за травмы, поэтому в стартовых встречах играл совсем юный голкипер. Леонид же набивал шишки в играх первенства страны. Ошибался, пропускал немало, но приобретал бесценный опыт. Уж бойцовских качеств ему не занимать. Всеволод Бобров в своих воспоминаниях описывал, как его друг детства Лёня самоотверженно играл в хоккейных воротах с разбитым в кровь лицом и как вратарь научился пробегать пятисотметровку быстрее всех.

В сороковом году Иванов уже основной вратарь «Зенита». Во время войны Леонид Григорьевич трудился на Государственном Оптико-Механическом заводе, который был эвакуирован в Казань. Рвался на фронт, но не пустили. Сказали, что его руки нужны в тылу. Но о футболе Леонид не забывал и в военные годы. После тяжелейших 12-часовых смен он шел и тренировался. И когда было принято решение о возобновлении розыгрыша Кубка СССР, Леонид Иванов был готов защищать ворота «Зенита».

Победа в Кубке СССР 1944 года долгое время оставалась самым значительным успехом ленинградцев. По пути в финал ленинградцы обыграли первую и вторую команды московского «Динамо», динамовцев из Баку, московский «Спартак» и в финале ЦДКА. В семи встречах (в играх с «Динамо»-2 и «Спартаком» понадобились переигровки) Леонид Иванов пропустил только четыре мяча, а финальная встреча и вовсе стала его бенефисом. Лев Иванович Филатов писал, что никогда не видел такой сильной игры вратаря, как в финале-44.

Леонид Иванов стал первым вратарем возрождённой в 1952 году сборной СССР. И это при том, что в ту пору в первенстве Союза играли и Хомич, и Никаноров, и Леонтьев, и Саная с Марганией. После проигрыша югославам в Хельсинки многим нашим футболистам пришлось испытать на себе гнев государства. Но при этом нашему вратарю было присвоено звание заслуженного мастера спорта. Своего рода показатель игры Леонида Григорьевича на Играх в Хельсинки.

Леонид Иванов защищал ворота «Зенита» с 1939-го по 1956 год. Причем с 1949-го по 1954 годы он выходил в стартовом составе, выдав серию в 141 матч. Осенью пятьдесят шестого великий вратарь завершил карьеру. Товарищи устроили Леониду Григорьевичу настоящий подарок, разгромив киевское «Динамо» со счетом 5:1. 

Конечно, Иванова звали в другие команды. Настойчивы были «Спартак», «Торпедо» и ВВС, где играл друг детства  Всеволод Бобров. Но единственное, на что соглашался Леонид Григорьевич, так это помочь чужим клубам в зарубежных турне. Все разговоры о переходе на постоянной основе пресекались в зародыше. 

После завершения карьеры Леонид Григорьевич тренировал заводскую команду, которая успешно выступала в Кубке СССР среди коллективов физкультуры. Но потом с тренерской карьерой как-то не сложилось. Леонид Иванов долго работал таксистом в Ленинграде.

Итак, вплоть до 1956-го, в «Сталинце» — «Зените» было по сути три основных вратаря. В дальнейшем ленинградский клуб не мог похвастаться такой стабильностью на последнем рубеже. Но об этом в продолжении, которое скоро последует.

Обсудить
Все комментарии
Roger Young
08 апреля в 14:36
классно, спасибо Олегу. Было очень интересно прочесть
Олег Лыткин
08 апреля в 00:02
Спасибо! Будут вратари ЦСКА. И Спартака, и Динамо. За время карантина постараюсь всё сделать. Завтра будет продолжение про Зенит. Многие читатели будут удивлены, узнав, что за Зенит играл один известный вратарь, который больше ассоциируется с другими клубами.
Scuderia Ferrаri
07 апреля в 23:44
Приятно удивлён. Олег, возьму на себя смелость сказать: благодаря Вашим статьям немалая часть пользователей продолжает ходить сюда! Но статьи об эпохе динозавров - это космос. Шорец просто великую жизнь провёл на поле и вне его, и у всех перечисленных персонажей - своя уникальная история.

Как хорошо, что тогда не было возможности построчить про дырок, рекордсменов и прочие гадости, которыми награждаются нынешние стражи ворот - от Джанаева до Льориса и Куртуа. Ведь понятно, что игроки 30/40/50х годов были далеко не идеальны и как футболисты и как люди, а о том, что "раньше другие люди были, не то что нынешние Дзюбы Смоловы Кокорины", говорить и вовсе бессмысленно. Но хочется читать не желтуху, а приятные и красивые истории.

И, конечно, с нетерпением жду про вратарей ЦСКА и его предшественников. То, что у 101 из 100 людей фраза "вратарь ЦСКА" ассоциируется лишь с одним человеком, лишь усиливает мотивацию это почитать.
VAN ARM
07 апреля в 20:59, ред.
было. ленинградский зенит это другой клуб!! был достоин уважения!!
Авторизуйтесь, чтобы оставить свой комментарий
Отправить
 
Rambler's Top100